Рецензия на спектакль "АЙБОЛИТ"

Ну, спасибо тебе, «Айболит»!
   Несмотря на то, что Корней Чуковский — признанный детский вариант «нашего всего», спектаклей по его произведениям случается не так много. Тем с большим интересом отправились мы смотреть премьеру прошлого сезона, спектакль «Айболит» «Кукольного театра сказки». А заодно выяснить, так ли пригоден Чуковский для театральной постановки.
     Главное — не сценарий
   Сюжет спектакля — предсказуемый микс из обоих «Айболитов» (как вы помните, у Чуковского есть два «Айболита»: в стихах и в прозе) и «Бармалея». Мирная работа доктора дома, опасное путешествие в Африку, лечение тамошних зверей, попутная борьба с пиратом Бармалеем, дружба с Тянитолкаем — вот это все.
   Убежден, что прозаический «Айболит» совершенно вторичен по отношению к стихотворному. В прозе, может быть, и сюжет покруче, но на слуху-то у всех — именно великолепные стихи про Айболита, все эти «Мы живем на Занзибаре, в Калахари и Сахаре».
   Перенести же только стихотворную версию на сцену оказывается довольно трудно, потому что невозможно обойтись без потерь. Неизбежно теряется неповторимая ритмика стихов Чуковского. Вспоминаем:
Они лежат и бредят:
«Ну что же он не едет,
Ну что же он не едет,
Доктор Айболит?».
В спектакле же мы слышим:
— Ну что же он не едет?!
— Хм… Они бредят.
   Одиночная строчка из стихотворения Чуковского не стоит ничего. Сила стихов Чуковского — в ритме. Если вспомнить, сколько внимания Чуковский уделял ритмике стихотворений (а он подробно и очень увлекательно пишет об этом в своих «Заповедях для детских поэтов» в книге «От двух до пяти»), то можно утверждать, что звучание, ритм, мелодика в его стихотворениях превалируют над содержанием. И стихи Чуковского прекрасны, пока они — стихи. Легендарный мультфильм Черкасского 1985 года тем-то и хорош, что стихи в нем остаются либо стихами, либо классными песнями.
   Стихи из «Айболита» и «Бармалея» в спектакле, конечно, есть, но, взятые в качестве отдельных реплик или вставок, они теряют большую часть своей энергии, своего, если хотите, нерва.
   Еще одна сложность постановок по Чуковскому заключается в ограничении по возрасту детей, которым такой спектакль будет интересен. Семилетним детям спектакль еще подойдет, восьмилетним — может быть, девятилетним и старше — строго нет. И тут, как ни бейся, ничего не выйдет — литературная основа рассчитана на малышей, и точка.
      Главное — детали
   С художественной же точки зрения спектакль более чем достойный. Люди, работающие в «Театре сказки» — большие выдумщики. Разноразмерные куклы (для эффекта перспективы), игра света, элементы театра теней — все это выполнено оригинально, метко и зрелищно. Сцена с рентгеном содержимого желудка Крокодила — высший пилотаж. Как водится, чем ближе будет сидеть ребенок к сравнительно небольшой сцене, тем больше мелких деталей разглядит. Хотя и мультяшная подзорная труба с глазом на конце, и рыба-бензопила, и брызгающий водой составной кит-маршрутка, и задорная битловская желтая подводная лодка, и скафандры водолазов с подсветкой, и особенно бурляще-дымящая фармакологическая лаборатория (ах, как вкусно потянуло по залу бертолетовой солью!) — все это смотрится хорошо и вблизи, и издалека.
   Пусть в «Айболите» нет такого сногсшибательного количества одновременно играющих кукол, как в «Щелкунчике», пожалуй, нет столько актерской экспрессии, как в «Терешечке» или «Царе Салтане» этого же театра, не надо забывать, что это спектакль для маленьких детей, и тем, что они увидят, они, скорее всего, будут довольны, а чего-то большего просто бы не поняли.
   Актер Валентин Морозов создал довольно обычный, но очень подходящий образ Айболита — с грустной улыбкой, с баритоном сказочного рассказчика и с добрыми глазами. Хороша и четверка актеров, играющих помощников доктора (он называет их коллегами) и управляющих всеми куклами. Без их лицедейства, пантомимы, смешных выходок и гримас спектакль бы не был таким веселым.
      Около спектакля. Что есть и что могло бы быть
   Спектакль длится час двадцать с антрактом. В антракте и перед спектаклем детям предлагается простенький интерактив: раскраски, кроссворд, складывание корабликов. Поднявшись по винтовой лесенке, попадаем в буфет, где продаются бутерброды и сосиски в тесте по 80 рублей и китайские Энгри Бёрдз и Халки.
   Резонный вопрос: почему бы для развлечения не устроить что-то более перекликающееся с сюжетом спектакля, как это делает, например, «Маленький театр Фонтанного дома»? Бесплатная идея: вместо того, чтобы между действиями вертеть из шариков фигурки (купить их можно только после спектакля, по сто рублей, и дети в антракте расстраиваются), отчего бы всем по порядку не давать шоколадку? Или гоголем-моголем потчевать? Я понимаю, гоголь-моголь, если верить рецептам из интернета, по себестоимости штука довольно дорогая. Но, кажется, всего одна чайная ложка настоящего гоголя-моголя, который мало кто из современных детей видел в глаза, принесла бы куда больше удовольствия, чем бездушный шарик. При мизерном удорожании билета. Впрочем, возможно, это только мои фантазии, на которые Санэпиднадзор рассмеялся бы мне в лицо.
   Резюме
Ожидаемо добротно сделанный, славный добрый спектакль с несколькими интересными сценическими находками. Декорации, куклы, игра актеров на хорошем уровне. Пусть немного не хватает бодрости и ритма стихов Чуковского, но визуальная составляющая — самое то.
Возраст: спектакль рассчитан на детей от пяти лет (и до восьми, прибавляем мы).
Текст: Владимир Несторович
http://www.littleone.ru портал питерских родителей   27.01.17

Рецензия на спектакль "Маленький Мук"

КТО УПРАВЛЯЕТ ЭТИМ МИРОМ?

Софья Ракитская

"Петербургский театральный журнал"

   За открывшимся занавесом на сцене обнаруживается словно нарисованный лаконичными линиями простого карандаша интерьер мастерской художника: мольберт, стул, стол со множеством ящиков, белые конусы, шары и параллелепипеды. О последних бывшие школьники вспоминают порой, как об одном из самых скучных заданий на уроках рисования. Недаром герои спектакля, плюшевые толстячки в «детсадовских» фартучках, на свой страх и риск перед неизбежным наказанием забросив строго заданный урок, предаются разноцветному живописанию собственных фантазий по мотивам известной сказки… Кто же они ‒ серый, оранжевый и лиловый, с острыми ушками и мягкими хвостиками? Угадать в них игрушечно стилизованных котят большого труда не составит. Таким образом, сочиненная романтиком Вильгельмом Гауфом история о старинных восточных чудесах на этот раз будет нам представлена глазами трендовых персонажей социальных сетей и анимации.

   Можно сказать, что сегодняшний театр, вообще обязанный становиться все более и более впечатляющим визуально, активно конкурирует с кино, словно напоминая далеко и резво убежавшему «младшему брату» о его художественных истоках. У кукольников в этом деле особые козыри и особые счеты — ведь кинематограф позаимствовал из их арсенала, пожалуй, наибольшее количество постановочных приемов и фокусов. Сегодня, на новом витке зрелищной культуры, кое-какие из них возвращаются на кукольную сцену, переосмысливаются заново и, в случае художественной удачи, позволяют открывать новые грани даже насквозь канонических сюжетов. Процесс этот затрагивает не только технику и эстетику, но и драматургию — мотивы анимационных фильмов частенько становятся побудительными и для художников, и для режиссеров, и для авторов пьес (так, например, чешское «Возвращение Куки» 2010 года спровоцировало появление сразу нескольких российских спектаклей, повествующих о приключениях выброшенных игрушек в ситуации экологической катастрофы).

   В Театре сказки, приверженном кукольному «большому стилю», подобные мотивы получают весьма убедительное воплощение (будь то тени-силуэты в стиле Лотты Рейнигер в «Диких лебедях» или герои и боги анимационного фэнтези в «Элионе»). Вот и на этот раз — разноцветные котята, словно попавшие на сцену из «Милого дома Чии», воплотились в танцующих и поющих на ориентальный лад (композиторы Шенет Альбек и Михаил Бебриш) ростовых куклах — рассказчиках, слугах просцениума и немножко волшебниках.

   «Маленького Мука» Гауфа (в общем-то, невеселый сюжет об одиноком карлике, в результате фантастических приключений обретшем богатство, но разуверившемся в людях) режиссер Игорь Игнатьев и художник Анна Игнатьева «завернули» в жизнеутверждающую историю о радости творчества. История начинается с того, что хозяйка мастерской Госпожа Ахавзи, особа богемно-элегантная, слегка манерная и при этом нечеловеческой стройности (узкие атласные брючки в разноцветных ромбах скрывают ходули, на которых передвигается по сцене все два действия Яна Сарафанникова), милостиво позволяет своим расшалившимся хвостатым питомцам (Оксана Андрейчук, Ольга Зорина, Екатерина Стукалова) заняться созданием кукольной сказки. Тут-то и случается первое из волшебств: скучные «гипсовые» конусы и параллелепипеды вдруг вспыхивают изнутри разноцветными окошечками, словно изъявляя желание участвовать в дальнейших чудесах…

   Мрачновато-ироничный гауфовский сюжет, разумеется, претерпит в пересказе плюшевых котиков серьезные изменения, превратившись в музыкально-лирический, безусловно, для семейного просмотра: Мук (Эмилия Куликова), которого жестоко дразнили за то, что он маленький, встретит (хотя и не сразу, а после преодоления некоторых препятствий, распознает) счастливую взаимность со стороны принцессы Зулейлы (куколку в парчовом узеньком платьице, с изумрудными кудрями ниже колен водит Ольга Маноцкова), глубоко несчастной из-за своего излишне высокого роста. Все это разыграно куклами разных конструкций, придуманными и сделанными в фирменном стиле бессменного главного художника театра (большая степень условности, яркие одежки, преимущественно простая механика).

   Разумеется, нет нужды пересказывать спектакль, но все же нельзя не упомянуть о некоторых запомнившихся его моментах. Так, в эпизоде поисков клада среди могильных плит веселенькой пастельной расцветки и порхающих над ними привидений в шелковых хитончиках с золотым позументом искренне бурную реакцию зала вызвала внезапно взлетевшая с одного из надгробий сова (до тех пор тихонько ухавшая себе под нос, она вдруг замигала ярко-розовым светом из глаз и чуть ли не с сиреной поднялась в сценическое небо). Позднее, обыгрывая разом известный поворот сказочного сюжета и тему художественного творчества, котята вытащили на сцену огромную коробку и, прямо в процессе повествования, открытым приемом налепили на головы кукольного Султана (Сергей Перевышин) и его кукольных придворных заготовленные носы, уши и рога. Повороты сценической интерпретации складываются в добродушно ироничный сюжет спектакля, где кукольная история о Муке, преодолевшем с помощью волшебства свое одиночество, явно играет вторую скрипку.

   Над заглавной историей в спектакле превалирует тема веселого рукотворного волшебства, и котики, эти всемирно признанные носители жизнелюбия, грации и уюта, избраны и поставлены в центр действия абсолютно правомочно. Главный месседж звучит жизнерадостно и победительно, это — призыв научиться раскрашивать мир в любимые краски, даже если окажешься в окружении уныло-бесцветных геометрических форм. Овладеть этим искусством — равно стать волшебником, а значит… немножко править миром, хотя бы и таким маленьким, как кукольный.

 

 

Рецензия на спектакль «Терешечка»

                      журнал «KidsReview.ru»

                      Автор: Владимир Несторович   

Кукольных театров в нашем городе очень много. Но, пожалуй, только в Санкт-Петербургском государственном кукольном театре сказки, что на Московском проспекте, создают масштабные спектакли, в которых куклы и люди так перемешаны, что непонятно, где кончается артист и начинается кукла, и наоборот. Один из таких спектаклей — «Терешечка» по мотивам русской народной сказки.

Сказка «Терешечка» известна нам с детства, и сюжет спектакля почти ни в чем не отступает от наиболее известной ее версии. Престарелая бездетная семья. У Бабы просыпается нереализованный материнский инстинкт, она хватает первое попавшееся деревянное полено и начинает его пеленать да баюкать и сюсюкается с ним, что твой Пигмалион с Галатеей. Немудрено, что под таким напором нежности пню, который, может быть, и мечтал при иных обстоятельствах стать березкой, приходится стать маленьким мальчиком. Эксперимент оказывается на редкость удачным, потому что Терешечка — так назвали новоиспеченного дендроида — растет не по дням, а по часам и довольно скоро сам начинает заботиться о своих престарелых изготовителях. Дед мастерит ему лодочку, и мальчик начинает ловить рыбку — на зависть всем местным рыбакам, тоже весьма удачно. Помолодевшая от счастья мать время от времени приходит на берег, чтобы подкормить сыночка.

 Вот тут-то на горизонте и появляется злая-презлая ведьма Чувилиха, усиленная не менее злобной и кровожадной дочерью (часто в сказке ее зовут Аленкой, но в спектакле она безымянная, на радость многочисленным Аленкам из числа зрительниц). Ведьма-дочь и мать ее, ведьма, реализуют коварнейший диверсионный план и добывают-таки юного рыболова себе на съедение.

 И вот, когда плененный герой, уже посоленный и поперченный, оказывается всего в двух шагах от раскаленного жерла печи, ему, наконец, пора вспомнить, что он хоть и пень пнем, но кое-что у него все-таки выточено из дерева самых твердых пород, и показать свирепой ведьминой дочке, почем раки зимуют...

* * *

Отличный спектакль, открывший новый сезон прекрасного петербургского кукольного театра, давным-давно зарекомендовавшего себя как создателя одних из самых веселых, озорных и залихватских театральных постановок в нашем городе.

 В спектакле заняты живые актеры, несколько кукол, в основном, перчаточных, а также некие гибридные создания — ростовые и полуростовые (видали такое?) куклы с актерами внутри. Управление близко к безупречному — даже перелетая от актера к актеру, куклы умудряются «играть», как живые. Мастерство же самих актеров таково, что даже сквозь полностью закрывающие тела и лица костюмы видна каждая проявленная эмоция.

 Весь спектакль проходит под комментарии веселой скоморошьей троицы: парня и двух девчат. Подыгрывая себе на гармошке, балалайке и ложках, они в ярмарочном стиле общаются со зрителями, сопереживают положительным героям и принимают непосредственное участие в управлении двумя главными героями — Терешечкой и ведьминой дочкой.

 Спектакль очень динамичный, сюжет развивается по нарастающей, а действия героев на сцене сопровождаются звуковыми эффектами — естественными до незаметности. В общем, все сделано для того, чтобы внимание ребенка было неотрывно направлено на сцену в течение всего спектакля. Не последнюю роль в этом играет, конечно, и художественное оформление сцены.

          Смотря «Терешечку», я лишний раз убедился в своей теории, что главный художник Кукольного театра сказки либо получил крупное наследство в виде фабрики пульверизаторов, либо во дворе его дома когда-то перевернулась фура с баллончиками с краской. И с тех пор каждый элемент реквизита спектаклей Театра сказки покрашен в неистовые фруктово-карамельные цвета исключительно теплых оттенков. Королем в местной радуге выступает цвет фиолетовый. Все важнейшие предметы на сцене непременно окрашены в фиолетовые, лиловые, фиалковые и, на худой конец лавандовые оттенки. Главному художнику Театра сказки явно найдется о чем поболтать с главным дизайнером сайта KidsReview. Попивая черничный коктейль и слушая диск с лучшими песнями «Deep Purple».

 Самое важное, что буйство красок на сцене (как и в холле Театра сказки) не является ни в малейшей степени безвкусным и уж тем более вульгарным. Отнюдь! Все художественное оформление сделано безусловно талантливо, очень профессионально и направлено на здоровое привлечение внимания ребенка. Так что да здравствуют фиолетовая пила, которой ведьма пилит дерево, фиолетовые корзинки, посуда, лесенка, одежда, элементы печки и все остальное! Хочу себе такие.

Некоторые чисто сценические находки спектакля, вроде выкатывающегося на небосклон солнышка, летящего на щипаном гусенке Терешечки, печки с ногами, ручной пилы с электроприводом, вызывают живое «Ва-ау!» всей детской аудитории спектакля.

 Заранее скажу, что сцен каннибализма в спектакле не будет. Ведьме, в отличие от сказки-первоисточника, не придется на глазах у детей поедать фиолетовую запеканку из дочки, и оно, пожалуй, к лучшему.

 Спектакль заявлен самим театром на детский возраст от пяти лет. Позволю себе с уверенностью опустить нижнюю планку года на два. Я смотрел спектакль с двухлетним ребенком, и он с величайшим интересом внимал действию от первой до последней минуты, демонстрируя полное вникание в сюжет, как, кстати, и другие зрители его возраста. Так что смело берите на спектакль детей возрастом от трех до восьми лет.

Единственным незначительным минусом театра я бы назвал слабоватый наклон зрительного зала, который лишь частично компенсируется конструкционной возможностью высокой посадки ребенка на кресло. Вам может действительно очень не повезти с местом, и обзор будет закрыт впереди сидящими.

 Резюме. Прекрасный веселый спектакль в высокопрофессиональной постановке, с талантливыми актерами и отличной сценографией.

          

Рецензия на спектакль «Щелкунчик и Мышиный король»

журнал «KidsReview.ru»

Автор: Владимир Несторович

Вот в чем никогда нельзя упрекнуть «Театр сказки», так это в боязни перестараться. Требуется по сюжету, чтобы пушки палили — будут палить, да так что запах пиротехники окутает зрителей последнего ряда. Надо задействовать в спектакле двадцать кукол — задействуют двадцать пять, чтобы отдельные персонажи предстали во всей красе, с эффектом изменяющегося масштаба. Именно так и поставлен спектакль «Щелкунчик и Мышиный король».

Останавливаться на сюжете нет особой нужды. Все с детства помнят чудесную волшебную сказку Эрнста Теодора Амадея и так далее Гофмана, и «Театр сказки» хрестоматийно воплощает ее на сцене. Настолько хрестоматийно, что выскажу даже крамольную мысль: читать детям оригинал перед спектаклем необязательно. Все сказочное волшебство, выписанное у Гофмана, не менее волшебно и правдоподобно воплощено в спектакле. Кажется, что создатели не просто бережно, со всеми деталями перенесли сказку на сцену, а словно бы оживили иллюстрации из богато изданной книги.

«Театр сказки» и его художник Анна Игнатьева известны своим трепетным отношением к художественной составляющей своих спектаклей. Немного найдется в Петербурге театров, настолько кропотливо, в деталях прорабатывающих оформление своих спектаклей, начиная с первоначальных эскизов и заканчивая сценическим воплощением.

Художественное оформление спектакля «Щелкунчик и Мышиный король» примечательно великолепными гротескными костюмами, неизменно оригинальными куклами, общей композицией сцены и, разумеется, миниатюрными элементами, которые хочется долго-долго рассматривать, вплоть до стрелочек на крохотных настенных часах в уменьшенной копии комнаты Мари. Однако такая дотошность в мелочах имеет и свои минусы. Зал «Театра сказки» отнюдь не камерный, и именно этот спектакль необходимо смотреть не дальше, чем ряда с десятого, иначе существенная часть его художественной составляющей останется попросту незамеченной.

            И вот, если вам и вашим детям повезет оказаться к сцене достаточно близко, вы погрузитесь в настоящий мир волшебной зимней сказки.

            Различные сцены в спектакле представлены в разных жанрах. Комнатка Мари, которая поначалу показана в виде миниатюрной копии с крохотными фигурками, вдруг увеличивается до размеров всей двухэтажной сцены; рассказ Щелкунчика про принцессу Пирлипат сыгран в виде забавной кукольной оперы; сцены с участием господина Дроссельмейера разыграны в технике театра теней, ну а путешествие Щелкунчика и Мари по сказочной стране и вовсе выполнены в виде красочного мультфильма.

            Есть в спектакле и выступающий из полумрака Рассказчик с вкрадчивым голосом, замысловатым костюмом и манерой исполнять неожиданные фокусы руками.

 Кукол в спектакле предостаточно, и во время особо массовых сцен живыми куклами заполнено все пространство. Солдаты воюют, пушки палят, кукольные дамы в платьях заламывают руки, мыши злобно пищат, звонкоголосый Щелкунчик бросается в бой за свою прекрасную госпожу. Каким образом небольшому количеству артистов удается управлять всей этой армией, сообщая каждой кукле индивидуальное движение, — одна из многочисленных загадок этого театра.

 Главную, почти единственную человеческую роль в спектакле исполняет Екатерина Стукалова — обаятельнейшая актриса, ключевая фигура труппы, занятая едва ли не во всех спектаклях «Театра сказки». Уж на что мы навидались ролей девочек, а то и мальчиков, исполняемых взрослыми актрисами, такой убедительной игры нам, пожалуй, видеть не доводилось, даром что Мари по книге только-только исполнилось семь лет. У Екатерины есть замечательный дар быть смешной на сцене тогда, когда она этого хочет. И, хотя роль Мари не предполагает никакого комизма, Екатерина не может удержаться, чтобы не вытворить что-нибудь смешное — то рожицу скорчить, то по-малышиному неуклюже забраться на большую кровать.

            Две главные мыши в спектакле — Мышильда и ее семиголовый сынок — как и ведьма Чувилиха в спектакле «Терешечка» того же театра, сделаны здорово, но почему-то не страшно. Страх нагоняется не ими, а полчищами маленьких мышек, появляющихся только в виде сверкающих глазок в кромешной темноте сцены под аккомпанемент душераздирающего писка. Но даже это к застыванию крови не приводит.

Самая эмоциональная сцена — самопожертвование Мари, готовой расстаться со своими драгоценностями ради любимого Щелкунчика. Самая зрелищная — сцена битвы. Самая забавная, она же самая музыкальная — история о принцессе Пирлипат со смешными персонажами, сделанными в виде кукол-паппетов.

            Лишь одна вещь в спектакле показалась мне непродуманной. Представление длится полтора часа (а по ощущениям даже дольше), и внимание юных зрителей по естественным причинам рано или поздно рассеивается. Поэтому некоторые сцены, которые по замыслу должны проходить в таинственной тишине, сопровождаются легким гулом подуставших зрителей, что слегка смазывает, но отнюдь не портит общую картину.

            Итого: спектакль «Щелкунчик и Мышиный король» — изысканное, высокохудожественное воплощение старой волшебной сказки, придуманное, нарисованное, поставленное и разыгранное настоящими мастерами своего дела.

 

 

«Сказочный балаган»

Блог «Петербургский театральный журнал».

Автор: Яна Постовалова

Сказка Бориса Шергина «Волшебное кольцо» в интерпретации украинского режиссера Оксаны Дмитриевой превратилась в «балаганное представление в двух частях» — таков жанр, указанный на афише и в программке. Обозначенная форма, казалось бы, отвечает заявленному содержанию, находя свое отражение как на внешних, так и на внутренних, глубинных уровнях организации действа.

Занавес открывается, перед зрителем возникает еще один — уже балаганный — занавес: красно-синий, ярмарочно яркий, расписной, расшитый изображениями разных созвездий, с огромной эмблемой солнца посередине. Условный шатер распахивается, и из него сначала выкатываются два скомороха (Владлен Котов и Антон Витченко), а затем чинно и благородно выступают Птица-Солнце (Екатерина Стукалова/Ольга Зорина) и Птица-Луна (Оксана Андрейчук/Ольга Маноцкова). Четыре рассказчика, четыре проводника по сказочному пространству, символизирующие собой, фактически, земное и надземное царства. Есть здесь представитель потусторонних сил, частый, почти традиционный, рогато-хвостатый участник балагана — Черт, появляющийся, стоит только персонажу ругнуться или чертыхнуться.       

В связи с возникшим многоголосием и сменой жанра потребовалась очевидная перекройка произведения Шергина. Главные герои — не люди, а куклы (правда, не перчаточные, а планшетные), эпизоды про выкуп кошки-собаки пропущены, действие начинается с приобретения Семеном Змейки — хранительницы кольца.

Кстати о Семене: в спектакле безымянный герой сказки вдруг обретает имя, а его незатейливость, очевидная глупость сменяются мечтательностью и романтичностью. Рыжий с головы до пят, веснушчатый Семен (Александр Дулесов), плоть от плоти солнечный сын, только и делает, что, буквально взмывая к облакам, грезит о прекрасной, неземной красоты Царской Дочке в «платьице белом да туфельках коричневых». Принцесса появляется. Худая, грубая, хамоватая, лишенная всякого очарования мадам показывается вместо белого в желтом наряде и зеленых лодочках. Дерзость ее ничуть не сокрыта от зрителя, а, напротив, подчеркнута и усилена: Владлен Котов, озвучивающий Царскую Дочь, свой и без того сильный мужской голос делает еще более насыщенным, доводя его почти до баса. Эффект комический, почти балаганный.  

Говоря о взаимодействии артистов и кукол, необходимо отметить сохранение дистанции между кукловодом и непосредственно самими героями. Не спрятанные за ширму, открытые артисты, ряженные скоморохами, много иронизируют над «подопечными», время от времени вступая с ними в диалог. Сильна в спектакле, как и положено балагану, доля импровизации: актеры, растворившись в материале, не придумывают, но именно оживляют текст, героев, ситуацию тут же рождающимися байками, сиюминутно возникающими партнерскими реакциями, оценками. Смотрится интересно, тем более что в финале рыжий счастливчик Семен получает в жены такую же рыжую, не от мира сего, Дуняшу — и вот, вроде бы, все: герои счастливы, дети и родители довольны.

Проблема в другом: заявляя форму балагана, открывая один занавес за другим, режиссер Оксана Дмитриева невольно заявляет тему реальности подлинной и реальности мнимой, игровой. Тема получает продолжение в вечных сновидениях Семена, его грезах о прекрасной возлюбленной, дальнейшем неверии героя глазам своим, когда вместо Царской Дочки в белом ему является странная особа в желтом. Несоответствие видят все, но только не Сеня: он продолжает, точно настоящий романтический герой, пребывать в сфере идеального, вымышленного. И хорошо бы завязать это с многочисленными героями — хранителями подземного и наземного миров, но в какой-то момент линия обрывается, не получая никакого логического разрешения, никуда не перетекая и не выводя. Наметившиеся глубины стремительно уплощаются, и балаган уже не балаган, и сказка не сказка, а что-то между: не то сказочный балаган, не то балаганная сказка.

 

"Это будет посильнее "Аватара""

"Элион.Version 2.0"

Журнал "Сцена"№ 6 (86), 2013

Автор: Наталия Каминская

Элион - это фантастическая планета, похожая на Землю, как бы ее вторая версия. Планету населяют эльфы, гномы, тролли, орки, титаны, в общем, все те существа, которые, если верить в чудеса, обитают и на Земле. Но, видимо, на Элионе только они и обитают, людей там до поры до времени не было вообще. Сказка Филиппа Игнатьева как раз о том, как смелый и честный мальчик с Земли отправился на Элион, как его там ждали, ибо он Избранный и должен спасти планету от тотально распространившегося зла. Не будь одного важного обстоятельства, можно было бы сказать, что это еще одна постановка с фантазийным сюжетом, не более того. Но мир, сочиненный художником, в особенности существа, которых он придумал, "одел", загримировал и т.п., делают этот спектакль настоящим событием.

Кто видел картину "Аватар" и, отдав должное ее весьма скромным сценарным достоинствам, все же увлекся тем, как потрясающе и интригующе выглядят обитатели той планеты, должен обязательно увидеть "Элион". Сценические жители Элиона будут посильнее жителей Аватара, более того, они даже выглядят естественнее, что уже совсем невероятно! Перед нами не спектакль театра кукол, в нем действуют живые люди, но преображенные до неузнаваемости. Они загримированы, одеты и раскрашены до такой степени смело и искусно, что это не выглядит бутафорией! В антракте эти существа выходят в фойе, дети их окружают, трогают одежды, жмут руки. Здесь бы и должны вылезти на глаза все ухищрения театральных цехов. Но, удивительное, дело, фигуры достоверны и вблизи, а вместо снисходительного "знаем, как это сделано, тут подкрасили, там толщины подложили", у зрителя возникает трепет и даже страх. Перед нами и вправду инопланетяне, пусть доброжелательные, но фантастические и поэтому непредсказуемые. Фигуры исключительно волшебные, причудливые, странные, но при этом абсолютно подлинные. в их реальное, а не театральное "пришествие" верится не то что детям, но даже и взрослым. Перед нами выдающийся спектакль именно художника, который владеет своим уже редким ныне ремеслом: создавать фантазию без фальши и бутафории. Впрочем, говорят, Филипп Игнатьев, вполне взрослый и профессионально состоявшийся человек, сам постоянно грезит параллельными мирами. Так что можно ожидать и продолжения. 

 

Вечерний спектакль в Кукольном театре сказки.

"Littleone.ru - сайт питерских родителей" Автор: Дина Калинина

Кукольный театр сказки у Московских ворот приглашает юных зрителей с родителями на очередной вечерний спектакль - сказку Х.-К.Андерсена "Дикие лебеди" в интерпретации лауреата Высшей театральной премии Сакнт-петербурга "Золотой софит" Филиппа Игнатьева. Воспользовавшись правом автора пьесы, художника и режиссера, Филипп создал на маленькой сцене любимого несколькими поколениями зрителей театра уникальный проект, основанный на принципах теневого представления. И сам же выступил в роли драматического рассказчика, поделив сценическое действие с актрисой Екатериной Стукаловой. Особая камерная атмосфера спектакля обусловлена простым приемом рассказа в рассказе: в одном городе жила женщина, которая решила рассказать своим внукам любимую сказку о принцессе Элизе и ее одиннадцати братьях. И вот картонные фигурки в ее руках оживают, на световом экране проносятся черные силуэты всадников, спешащих на охоту, вырастают контуры старинного замка, и летят в неведомую страну заколдованные птицы-принцы. В этом спектакле нет эффектных батальных сцен и превращений. Чистое театральное волшебство творимого здесь и сейчас действа подкупает своей полнотой,  осязаемостью и наглядностью.

Любители ползущих по белой простыне картинок диафильмов и посвистывания старенького проигрывателя с "виниловыми" сказками, вам сюда!

Не упускаем возможность отвлечься от современной электронной действительности

и взбодрить воображение.

 

Автор: Мария Долматова 

Театральное приложение журнала «Ваш досуг» (СПб) №1 (52).

"Люди + куклы = дружба"

14 февраля 2014 г.

Бывает, трудно найти хороший детский спектакль, где актерское мастерство и стихия кукольного театра существуют в прекрасной гармонии. VashDosug.ru решил рассказать именно о таких постановках, где на людей и на кукол (а также предметы, им сопутствующие) одинаково интересно смотреть.

Начну издалека. Прошлой осенью в Кукольном театре сказки впервые сыграли «Волшебное кольцо». Потом, не успели глазом моргнуть, навалились елки, затем — праздники, выходные — короче, спектакль какое-то время не шел. Но вот в феврале он снова в афише и можно, наконец, о нем рассказать.

Постановка Оксаны Дмитриевой по мотивам сказки Бориса Шергина сделана в исконно русском, нарядном лубочном стиле: с ярмарочной каруселью, балаганными расписными ширмами и веселыми розовощекими рассказчиками-скоморохами. Сказку эту вы, конечно, знаете: ну, о том, как один добрый паренек приютил сначала кошечку, потом собачку, а потом змею, которая оказалась волшебницей голубых кровей и подарила ему за свое спасение кольцо, способное творить чудеса. Если помните мультик по этой сказке (он один у нас такой), то согласитесь, что его отличают потрясающее простодушие, доброта, прямота мыслей и здоровое чувство юмора. В этом смысле они со спектаклем родственники. На сцене царит совершенно умиротворенная атмосфера, действие течет вроде и скоро, а вместе с тем — неторопливо, в отношении сказочной морали шашками никто не машет, только снисходительно посмеиваются («Обломает тебя жизнь, ох, обломает», — приговаривают, окая) и дальше играют-рассказывают… Как будто, знаете, чаю горячего с вареньем да баранками напились, и так внутри тепло и хорошо стало, что и сказ получается хороший, добрый, душевный. Рассказчицы — Птица-Луна и Птица-Солнце (актрисы в живом плане, как и скоморохи) — похожи на добродушных курочек в красных «пузатых» сарафанах, расшитых лоскутками-перышками, с крыльями и с замысловатыми головными уборами (взрослые, кто в курсе, — это привет Дягилевским сезонам в Париже).

И все так красно-красиво, безмятежно, трогательно в своей простоте: деревянные коники на колесиках, мягкие дутые облачка, звери-дурынды с грустными глазами (художник — Наталья Денисова)… Змея-волшебница ползает, как гусеница, и шипит, немножко заикаясь: «С-спассибо», — смешно! «Прынцэса» (ей подходит именно так), напротив, не блещет ни изящностью своего кукольного тела, ни манерами, чёкает через слово. Главный герой Сеня – рыжий добряк с улыбкой от уха до уха, радостно делает все дурости, но и ум обнаруживает вовремя. И в жены себе, в конце концов, берет такую же круглолицую веселую Дуняшу. «Курочки» вместе со зрителями радуются за него: «Сеня – молодец!», а заодно и за самих себя («Оля, Катя – молодцы!» и далее, согласно программке). Ну, в общем, действительно, молодцы.

Пишите: kukteatrskazki@yandex.ru